Так нужен ли нам все-таки призрачный футбол?



В прошлый уик-энд к Бундеслиге присоединились еще 2 чемпионата – Венгрии и Чехии. Их организаторов не смущает необходимость играть перед пустыми трибунами. Между тем, многие болельщики протестуют против “призрачного футбола”. “Террикон” разбирает эту проблему…

Так нужен ли нам все-таки призрачный футбол?

Позиция критиков “призрачного футбола” очень удобна. Нормальному человеку ее вроде бы как-то даже неудобно не поддержать. Критики выступают за чистоту игры. Они утверждают, что руководство Бундеслиги ставит во главу угла деньги, отодвигая интересы болельщиков не то, что на второй – на пятый план. Между тем, футбол был придуман для людей, и в отрыве от них он теряет свой изначальный смысл, окончательно превращаясь в инструмент по зарабатыванию прибыли (и сверхприбыли, разумеется).

Рассуждая таким образом, критики сами не замечают, как оказываются в логической ловушке. Если исходить из того, что футбол придуман для людей, не значит ли это, что отсутствие футбола – это для людей плохо? И если невозможен никакой другой футбол, кроме “призрачного” – не значит ли это, что именно для людей “призрачный” футбол будет лучше, чем никакой?

Идем дальше. Отрицая “призрачный футбол”, мы оказываемся перед перспективой полного отсутствия футбола до конца года (а то и дольше – никто пока не знает, сколько будет длиться запрет на присутствие зрителей на трибунах). Хорошо ли это для миллионов болельщиков? Обрадуются ли они? Известен ли, наконец, критикам “призрачного футбола” процент тех, кто готов мириться с нынешним вариантом игры, за неимением лучшего?

Ну и, наконец, клубы. Об их интересах критики “призрачного футбола”, кажется, вовсе не вспоминают. А надо бы. Лишенные средств к существованию при полном отсутствии футбола, клубы, к которым критики, как они говорят, испытывают самые теплые чувства, просто умрут. Видят ли такую перспективу критики? Радует ли их такая перспектива?

Все эти невысказанные вопросы витают в воздухе. А над ними – еще один, озвучить который мало кто решается. Нет ли в протестах фанатов эгоизма, личного интереса? Так ли уж они любят футбол – или себя в футболе?

Как пишет немецкая пресса, часть протестного сообщества беспокоит вопрос возможных политических махинаций. Они опасаются, что Бундеслига использует коронавирус как повод для отдаления радикальных фанатских групп от поддержки клубов. Неясно, каким именно образом это будет сделано – но сами подозрения вполне понятны. Во всем мире “ультрас” противостоят официальным футбольным организациям – и обе стороны используют любое средство, чтобы причинить друг другу неудобство. “Ультрас” стремятся к полной свободе на стадионе и вокруг него. Федерации, напротив, органически тяготеют к тому, чтобы все регламентировать. Действуя во встречных направлениях, эти два разнозаряженных начала создают некий баланс, более или менее разумный. Теряя место на трибунах, фанаты утрачивают возможность давить на организационные футбольные структуры. И они ищут выхода в другом – в акциях протеста против “призрачного футбола”, например.

Происходящее, рассматриваемое с этой точки зрения, напоминает чистую политику. И по сути, ею и является, хотя вряд ли с этим согласятся болельщики. В Германии, где фан-движение пользуется огромной социальной силой, оно имеет реальные рычаги воздействия на ситуацию и привыкло действовать соответственно. Протест против “денежных мешков” в любом виде – его коронная фишка, неважно, по какому поводу он проявляется – против запродавшегося инвесторам “Хоффенхайма” или завышенных цен билетов на матчи сборной Германии. Фан-движение использует любую ситуацию, чтобы оседлать своего конька. И упреки в том, что Бундеслига убивает изначальную суть футбола – тоже не новы, они звучат постоянно на протяжении многих лет. Так что, можно сказать, сейчас не происходит ничего радикально нового. Просто ситуация уж очень необычная, поэтому и протест фанатов выглядит качественно иным.

При этом немецких “ультрас” безответственными и асоциальными не назовешь. И в разгар эпидемии они проявили себя красиво: организовались и приняли участие в различных волонтерских проектах. Например, продукты и медикаменты старикам. Один из фанатов берлинского “Униона” сказал по этому поводу: “Сейчас все говорят, что имидж ультрас меняется. Но я бы не хотел, чтобы люди смешивали с футболом то, чем мы сейчас занимаемся. Я помогаю не для того, чтобы потом сказать, что мы улучшили репутацию”.

В общем, фанаты могут быть и очень конструктивными. Но в неприятии “призрачного футбола” они категоричны до крайности, и отступать не намерены. Некоторые обозреватели уже начали предполагать, что примирение между ними и Бундеслигой на каких-то прежних началах невозможно, точка невозврата пройдена.

В том-то и проблема! Фанаты хотят, чтобы все было как прежде. Но так быть не может. Выход из эпидемии будет осторожным и затяжным. Кроме того, нет гарантии, что коронавирус не активизируется повторно осенью или зимой. Но, возможно, даже после того, как доступ на стадионы будет открыт, останутся какие-то нормы дистанцирования. Всем понятно, что коронавирус всюду несет свои изменения, и почти все сферы после окончания карантина будут жить по-новому. Осознают ли протестующие сегодня фанаты такую перспективу?

Между тем, Бундеслига делает свое дело, продолжает чемпионат и, если не случится чего-то уж совершенно неприятного, завершит его. Методика, которую применили немцы, позволила реанимировать футбол, к удовольствию очень многих людей. Каков процент недовольных – это вопрос. Голос их силен, потому что они привыкли говорить громко. Но футбол все-таки – это нечто гораздо большее. И какую часть в нем занимают противники “призрачного футбола” – тоже вопрос.
Обсудить новость можно на страничке terrikon.com в Facebook https://www.facebook.com/terrikon

Юрий Шелест, специально для “Террикона”



Источник – tribuna.com

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *